«Наш Навроцкий»: Как создать поэтическую вселенную на сцене

7 ноября в 07:32 1550 просмотров
«Ночь искусств» пензенский «Театр на обочине» представил поэтический бурлеск в одном действии «Наш Навроцкий» (18+). Со стихами обочинцы экспериментируют нечасто, и потому даже те, кто услышал имя поэта впервые, пошли на постановку из простого зрительского любопытства.

" data-title="«Наш Навроцкий»: Как создать поэтическую вселенную на сцене — Пенза-пресс, рунет за день">

В рамках акции «Ночь искусств» пензенский «Театр на обочине» представил поэтический бурлеск в одном действии «Наш Навроцкий» (18+). Со стихами обочинцы экспериментируют нечасто, и потому даже те, кто услышал имя поэта впервые, пошли на постановку из простого зрительского любопытства.

В афише к спектаклю «Театр на обочине» в своем ироничном стиле напомнил, что «после Лермонтова в Пензе давно никого не было». А Володю театралы «по старой русской традиции присвоили», назвав «достоянием, богатством и всем тем, что срочно надо себе урвать».

А вот Google, увы, не так оригинален. Желающему разузнать о поэте побольше поисковик выдаст публикации пятилетней давности. Но если очень постараться, то можно найти на сетевых просторах пару интервью с Владимиром, и попутно обнаружить, что наш земляк — лауреат крупной всероссийской премии «Дебют», к тому же — довольно известный в узких (и, увы, не пензенских) кругах поэт. В паблике во «ВКонтакте» сам Володя рассказывает о себе довольно скромно — «родился в пос. Зырянка на Колыме, живет в Пензе, работает удаленным программистом, пишет стихи».

Впрочем, биография для тех, кто только-только подбирается к стихам Навроцкого, не так уж важна. Лучше сразу нырнуть в чтение текстов. Ностальгический мир Навроцкого затягивает постепенно и словам нужно дать время для того, чтобы они отозвались внутри. Кому-то зайдет эстетика депрессивных русских дворов, кого-то зацепят артефакты из 90-х, которые Володя часто подселяет в свои стихи. В бурлеске обочинцев органично сплелись почти все миры поэта.

Конечно, подготовленному зрителю было куда интереснее наблюдать за происходящим на сцене. Впрочем, что говорить о зрителях — даже для самого автора вся постановка была сюрпризом. Мы спросили Владимира Навроцкого, каково ему было наблюдать за таким необычным перерождением своих стихов.

«Я приходил на премьеру, и мне очень понравилось то, что сделали обочинцы. Актеры точно попали в настроение и интонации всех стихотворений. Я опасался, что где-то будет так, как иногда случается с актерской читкой стихов: переигрывание и неверный тон, неправильные акценты, но нет: мне показалось, что все актеры и зрители все поняли в моих стихах, и это очень приятно. Я никогда всерьез не думал о том, что мои стихи могут звучать с театральной сцены. Обычно мне очень не нравится, как профессиональные актеры обращаются со стихами других людей и мне казалось, что только так и бывает. Хорошо, что я ошибался», — рассказал он.

Режиссер и руководитель «Театра на обочине» Марина Ливинская рассказала, что идея спектакля зрела давно. При этом целью привлечь внимание новых людей к поэзии Навроцкого театр не задавался.

«Я сама очень люблю Володю и хотела почитать тексты, которые мне нравятся. И артистам дала такую же возможность. Каждый выбирал себе именно те тексты, которые ему хотелось прочесть со сцены. Нам было достаточно просто, несмотря на то, что Навроцкий много пишет о прошлом, о котором молодое поколение моих артистов почти ничего не знает. Ощущения от этой работы у меня остались прекрасные. Работать с такими хорошими текстами — это всегда челлендж», — отметила она.

Но и сами зрители тоже проделали определенную работу — считывая образы, вслушиваясь в строки. Что же такого удивительного и важного было в этой постановке?

Конечно, — герои из поэтической вселенной Владимира Навроцкого. У них нет суперспособностей, но они умеют погружаться в ностальгический транс и создавать особое волшебство из бытовых вещей. Где они, эти персонажи? Сцена завалена грубо сколоченными ящиками и тряпьем. Может, они греются в промзоне после апокалипсиса или остановились на привал у лесополосы? Или их случайно забросило в какой-то далекий год? Кто они вообще такие?
Присмотритесь — персонажи Навроцкого — это мы. Угрюмые, скептичные, тоскующие по лучшим временам и способные их же без сожаления отправить в топку.

Ни один из марвеловских героев, которые с завидной регулярностью возрождаются на экранах, не тронул бы меня так, как ожившие благодаря обочинцам странные персонажи в чудаковатых одеждах из стихов Володи.

Как не узнать на сцене и в стихах себя? Это мы, точно мы! Прячемся на верхней полке плацкарта, чтобы избежать скучных разговоров с попутчиками, орем «Гражданскую оборону» с незнакомцами в дальнем Арбеково, ждем, что кто-нибудь даст нам дополнительную жизнь, печалимся о девочке с томиком Маркеса. Крутимся в городской суете, а потом, когда нам остаются только слова и ничего больше, — мы, наконец, перестаем бояться, взбираемся на шаткую табуреточку и говорим с воображаемым залом, в котором сидят призраки нашего прошлого: бывшие нелюбимые одноклассники и просто — нелюбимые бывшие, попутчики, имен которых уже не вспомнить. И в этот момент начинается то самое волшебство и жизнь.

Весь спектакль — будто одна большая шалость. А в этом городе никто не умеет шалить на сцене так, как «Театр на обочине». И говорить о серьезном в комичных образах — в розовых шарфах, с кольцом из фольги на шее — тоже, наверное, могут только они. Наш театр и «Наш Навроцкий» — уж не знаю, каких радостей еще нам желать под конец года. Постановка на «Ночи искусств» была показана во второй раз. Случится ли третий? Пока этого не знают даже сами обочинцы. Вернее, не вполне уверены, что такие локальные истории могут стать популярными. Но кто, как не зритель создает эту популярность? Мы и только мы можем сделать узкий круг ценителей таких постановок шире. А пока можно обложиться текстами, коими полон интернет, и поставить свой маленький спектакль. Приятных погружений в уютные локации стихов Владимира Навроцкого.

Материал подготовила Виктория Сысоева.

Фотография: фото Виктории Сысоевой

Социальные комментарии Cackle
Закрыть (Esc)