Валентин Мануйлов: «Благодаря «11 каналу» я приобрел жену»
С 1997 года он как руководитель Института региональной политики регулярно выступал приглашенным экспертом «11 канала».
«11 канал» для меня ассоциируется с именем Леонида Евгеньевича Чернева (1954-2016; основатель телерадиокомпании «Наш дом». – Прим. ред.), с атмосферой радости, задора и с фактом, который сыграл ключевую роль в моей личной жизни.
Чернева я впервые увидел в коридорах областной администрации в 1996 году, куда его и ряд других предпринимателей пригласили, очевидно, для встречи с тогдашним главой Анатолием Ковлягиным. (Анатолий Федорович Ковлягин (1938-2009) – глава администрации Пензенской области в 1993-1998 годах. – Прим. ред.)
На лице Чернева блуждала улыбка (переходящая в ухмылку), которая говорила: «Ну-ну, чего вы тут от нас хотите?» И более в коридорах власти я его не встречал.
С годами я понял, что это у него была принципиальная позиция – держаться от власти подальше. Не просить, чтобы не быть обязанным. И не делать то, против чего душа лежит.
Основатель ТРК «Наш дом», предприниматель Леонид Чернев
Ему, надо сказать, хватало и ума, и собственных ресурсов, чтобы выдерживать такую линию в отношениях с властями.
Я не пытался сблизиться с Черневым. Но как-то само собой получилось. В октябре 1997 года я после развода снимал квартиру на улице Пацаева. И время от времени стал по вечерам заходить на «11 канал», который располагался в известном домике на улице Мира. В правой стороне от входа было помещение, в котором Леонид Евгеньевич любил принимать полезных для него гостей. Беседы, в которых наряду с хозяином участвовали обычно два-три человека, длились по полтора-два часа. Разговоры шли о насущном, то есть о каких-то текущих моментах жизни.
Но поскольку на стене висел телевизионный экран, на котором мы могли видеть передачи «11 канала», то время от времени переключались на то, что видели. И на тех, кто с экрана вещал.
И однажды [сидевший с нами предприниматель] Сергей Лузгин обратил внимание на то, что в ушах [у ведущей поздравительной программы «Музыкальный сувенир»] Марии Ситтель большие, диаметром чуть ли не три сантиметра серьги. Дескать, отвлекают они внимание, вместо того чтобы слушать, зритель смотрит на серьги. Типа, скажите Марии, чтобы не надевала больше эти серьги во время передачи.
Чернев, помнится, живо среагировал на это. Он вообще человек был живой, подвижный, с ярко выраженной экспрессией. Склонен был мимикой, жестами демонстрировать свое довольство или недовольство.
Интеллектуальные беседы у него велись непременно с употреблением пива. Я не был приверженцем пива, но вот на посиделках у Чернева тоже участвовал в дегустациях. Как-то так выходило, что он вроде ненавязчиво давал понять, что умные разговоры, чтобы они вызывали доверие у собеседников, по его мнению, должны сопровождаться прихлебыванием пива.
Вообще, если Леониду Евгеньевичу кто был нужен (в смысле он нуждался в человеке как в полезной функции), он был к этому человеку крайне расположен. Но если человек пытался перейти грань, то Леонид Евгеньевич мгновенно ставил этого человека на место, одергивал, не испытывая при этом нравственных колебаний.
Как создатель «11 канала» он проявил себя как совершенно гениальный управленец: он находил, вытаскивал людей, определял им сферу деятельности, давал полномочия. Он использовал наилучшие качества людей, которых брал к себе на работу.
И при этом на канале, как я тогда (конец 1990-х годов) чувствовал, царила атмосфера радости и задора. Наверное, потому что все были молоды, полны энергии и желали успехов.
Сам Чернев упивался своими успехами и передавал это упоение членам коллектива. Каждый мечтал в чем-нибудь отличиться.
В 1997 году, то есть год спустя после того, как «11 канал» был создан, мы с Александром Тугаровым (профессор кафедры социологии и политологии Пензенского государственного педагогического университета им. В. Г. Белинского в 1997-2000 годах. – Прим. ред.) предложили Черневу провести социологическое исследование на тему телеаудитории, чтобы выяснить, какой у его канала рейтинг сравнительно с «9 каналом», какие передачи «11 канала» больше смотрят, каких телеведущих предпочитают.
Впрочем, возможно, что это не мы предложили, а сам Чернев попросил меня, а я пригласил в партнеры Александра Тугарова, которого считал компетентным в части социологии.
Тугаров разработал инструментарий, то есть составил опросный лист, у меня была база анкетеров, поскольку я уже провел к этому времени ряд исследований. И мы пришли к Черневу обсудить опросный лист и материальную сторону. Надо сказать, что Тугаров был знаком с Черневым со школьных лет, они учились в школе №4 [города Пензы] в параллельных классах. И я надеялся, что школьное прошлое Тугарова и Чернева послужит благоприятному исходу нашего дела.
Но когда я назвал цену за одну анкету, то Чернев, как вспомнил намедни Тугаров, сказал, что за такие деньги он сам пойдет анкетером. В итоге нам пришлось согласиться на те деньги, что назвал Чернев.
Мы благополучно провели исследование, сдали результаты Черневу. Но повторного исследования через год он нам не заказал. Имея на руках нашу анкету, он провел на следующий год опрос своими силами. Если я правильно помню, результаты этого исследования по поручению Чернева вводил в компьютер и подсчитывал Михаил Демин (с 1995 по 1998 годы работал в телерадиокомпании «Наш дом» директором программ, с 1998 по 2001 годы – главным редактором, с 2001 по 2005 годы – президентом ТРК. – Прим. ред.). То есть весьма экономно подходил Леонид Евгеньевич к трате денег на сторонних специалистов.
В какой-то момент меня стали приглашать на «11 канал» в качестве эксперта. Как человек, который на лекциях привык говорить много, я должен был учиться говорить коротко и ясно.
Директор Института региональной политики Валентин Мануйлов дает экспертный комментарий «11 каналу», 1999 год
Помню, что [редактор службы новостей «11 канала»] Надежда Уделова говорила мне: «У тебя есть две минуты. Говори так, чтобы уложиться в них». Типа все равно обрежем, лучше сам себя обрезай.
Директор Института региональной политики Валентин Мануйлов, редактор службы новостей «11 канала» Надежда Уделова и корреспондент «11 канала» Ирина Суворова в Пензенской городской Думе, 1999 год
Как часто мне довелось выступать экспертом на «11 канале», не могу вспомнить. Тем более что в эти же годы меня приглашали выступать по разным поводам и случаям и на [другие региональные телеканалы] – «9 канал», «Экспресс». Но один случай запомнился.
В августе 1998 года в стране случился дефолт: доллар стал в цене резко расти и дошел до 30 рублей за один доллар. И тут мне позвонил Чернев и попросил объяснить нашей публике, что долго высокая цена на доллар не продержится. Это было, возможно, в первое воскресенье сентября. В понедельник я рискнул сделать такое заявление. И даже сделал прогноз относительно того, как доллар будет падать. Сказал, что в конце недели цена за доллар упадет до 15 рублей. Так оно и случилось. Чернев был доволен.
Теперь о том, какой такой факт произошел, что повлиял на мою личную жизнь. Ввиду того, что Чернев меня привечал или благоволил, ко мне тепло относились и его подчиненные. Однажды в моем присутствии Надежда Уделова пригласила на свою свадьбу моих соучредителей по Институту региональной политики – [политтехнологов] Андрея Куликова и Евгения Сиротского. Она хотела, чтобы на свадьбе были видные люди. Они отказались. Я же достаточно бесцеремонно спросил: «А меня чего не приглашаешь?»
Вряд ли я в тот момент помнил наставления из какой-то переводной книжки, типа того, что ежели вы в разводе и мечтаете вновь обрести жену (или мужа), то ходите на чужие свадьбы. Но где-то в подсознании эта аксиома выстрелила, и я напросился на свадьбу к Уделовой. Тут-то все и случилось.
6 февраля 1999 года на ступенях Дворца бракосочетания на улице Минской я увидел молодую женщину, которая привлекала мое внимание легкой, пружинящей походкой и блестящими глазами. И я глаз с нее не спускал: ни на Минской, ни возле «Ростка», куда свадьба ездила на фотосессию.
А когда приехали в ресторан, первым делом захотел сесть с ней за один стол. И потому спросил Уделову: кто это, и могу ли я сесть с ней.
Уделова ответила, что это ее подруга Мариша, что она заинтересована в ее судьбе. Но сесть за один стол с Мариной нельзя, потому как она ее свидетельница и будет сидеть за столом молодых.
Примерно через час или полтора объявили танцы. И пока я соображал, как пригласить Марину на танец, она первая пригласила меня.
***
И вот уже 26 лет мы с Мариной благополучно живем вместе. Так что спасибо Леониду Черневу, который своим вниманием расположил ко мне Надежду Уделову, и спасибо Надежде, пригласившей меня на свою свадьбу, на которой я встретил Марину и удачно на ней женился».
, копия (4) (1).gif)
.jpg)
